18+
Последний доктор
18+
"Последний доктор" — необычное произведение Анны Ревякиной, открывающее новую серию "Неороман" редакции КПД, задуманную для т. н. "неформатной", "нероманной" или экспериментальной прозы. Повесть крупнейшей донецкой поэтессы, ставшей одним из главных символов "русской весны", казалось бы, противоречит сложившемуся литературному образу Анны Ревякиной. Текст, сделанный на стыке лучших традиций европейского психологического романа ХХI века и элементов магического реализма, где героиня оказывается на самом краю бытия — как в экзистенциальном, так и в самом прямом, медицинском смысле. "Последний доктор" может быть прочитан и как психоаналитический трактат, рисующий, по Алехо Карпентьеру, "обострённую реальность", и как феминистическое письмо, и как метафизический монолог "твари дрожащей" о праве на "главную", по Андрею Платонову, жизнь, обращённый в самые высшие сверхинстанции. Однако глубина, проблематика и сам сразу обнажающий суть вещей стиль изложения напрочь отменяют пресловутую "повесточку", но дело куда интереснее и масштабнее — Ревякина использует новейшие литературные технологии, собственную нелинейную композицию и сам метод скрытого, внутреннего нарратива не для демонстрации своих, похоже, неограниченных возможностей, но для создания и показа свежих и непривычных потенций современной русской словесности. Остро талантливое произведение, яркое, откровенное и парадоксальное — поклонники Анны Ревякиной откроют любимого автора с самой неожиданной стороны.
Перейти к описанию и характеристикам| Издательство | АСТ |
| Серия | Неороман |
| ISBN | 978-5-17-181275-1 |
| Вес, г | 248 |
"Последний доктор" — необычное произведение Анны Ревякиной, открывающее новую серию "Неороман" редакции КПД, задуманную для т. н. "неформатной", "нероманной" или экспериментальной прозы. Повесть крупнейшей донецкой поэтессы, ставшей одним из главных символов "русской весны", казалось бы, противоречит сложившемуся литературному образу Анны Ревякиной. Текст, сделанный на стыке лучших традиций европейского психологического романа ХХI века и элементов магического реализма, где героиня оказывается на самом краю бытия — как в экзистенциальном, так и в самом прямом, медицинском смысле. "Последний доктор" может быть прочитан и как психоаналитический трактат, рисующий, по Алехо Карпентьеру, "обострённую реальность", и как феминистическое письмо, и как метафизический монолог "твари дрожащей" о праве на "главную", по Андрею Платонову, жизнь, обращённый в самые высшие сверхинстанции. Однако глубина, проблематика и сам сразу обнажающий суть вещей стиль изложения напрочь отменяют пресловутую "повесточку", но дело куда интереснее и масштабнее — Ревякина использует новейшие литературные технологии, собственную нелинейную композицию и сам метод скрытого, внутреннего нарратива не для демонстрации своих, похоже, неограниченных возможностей, но для создания и показа свежих и непривычных потенций современной русской словесности. Остро талантливое произведение, яркое, откровенное и парадоксальное — поклонники Анны Ревякиной откроют любимого автора с самой неожиданной стороны.
